Архипелаг Святая Русь

Папоян обратился в милицию, описал внешность нападавших, которых было двое лишь по курткам, так как не запомнил лиц. Милиция задержала наших ребят. Они с самого начала отрицали свою причастность к этому преступлению. Папоян, который приехал в отделение милиции на своей машине (той самой, «угнанной»), сказал, что одежда нападавших вроде бы похожа. Это же вроде бы он повторил и на суде. И, тем не менее, суд признал моего сына и Владимира Широкова виновными и назначил им жестокое, бесчеловечное наказание – по 7 лет строго режима!

Дмитрий и Владимир не совершали этого преступления, для нас, родителей, это страшный удар. Наш сын – не бомж, чтобы из-за 600 рублей бросаться на человека, на чужое он не зарится. Накануне, 16 декабря, у него было день рождения, мы выслали ему и деньги, и продукты. Всё обвинение построено на показаниях Папояна. Ни одного свидетеля, видевшего, как Папояна останавливали наши ребята, как ехали у него в машине и проч., в деле нет. Нет никаких отпечатков пальцев, ничего, кроме неуверенного опознания со стороны потерпевшего – и то, он говорит, что похожа одежда, лиц нападавших на него людей он не видел! (Когда Папоян обратился в милицию, он заявил, что на него напали люди 25-30 лет, тогда как Дмитрию – 21 год, Владимиру – 23.) Опознание, которое проводил следователь Гулевский, проходило с вопиющими нарушениями. Так что, цель прокуратуры не установить истину, а посадить тех, у кого нет «волосатой руки» и кто не связан с «мафией»?! Правильно, это же не матёрых преступников ловить!

Папоян – бывший сотрудник милиции, он уволился из органов. Наши ребята – сотрудники милиции. Почему же им верят меньше, чем Папояну?!

У суда была распечатка телефонных переговоров (у Дмитрия, когда их задержали, был мобильный телефон). Так вот, распечатка показала, что за минуту до совершения нападения на Папояна, Дмитрий находился в трёх километрах от места преступления. (Сын как раз звонил по телефону). Преодолеть за одну минуту расстояние в три километра совершенно невозможно – ни бегом, ни пешком, ни на машине, ни даже на вертолёте! Почему же  суд не принял во внимание это доказательство вообще?!

И вот еще о чем думаю я - даже если бы и нашли настоящих преступников, неужели за один синяк и 600 рублей денег нужно давать ранее не судимым молодым людям по 7 лет строгого режима?!  Такой срок может сломать жизнь любому, а уж молодым людям, фактически, только начавшим жить, сломает ее окончательно и бесповоротно! Неужели это будет полезно для общества?

Даже потерпевший Папоян после суда сказал нам, что шокирован таким жестоким приговором и был бы вполне доволен, если бы подсудимые получили бы условные сроки.

Я никогда не имела дела с нашим правосудием, судимых у нас в роду не было. И у наших детей не было никогда никаких конфликтов с Законом. Столкнувшись с тем, что творится в Москве, как тут вершатся дела, я потрясена. У Владимира Широкова, пока он находился в СИЗО № 5 и шло «следствие», в один день умерли отец и бабушка, оба пенсионеры; осталась мать с двумя младшими ребятами; кто им теперь поможет в селе, как они будут жить?!. И мой Дмитрий, и Владимир Широков – крестьянские парни, разве их вина, что село разрушено?! Они ведь искали в Москве лучшей доли, и будь у них преступные наклонности, разве бы они пошли в милицию?! Как можно так жестоко перечеркнуть жизнь двух молодых русских ребят?! Здоровых, крепких парней, которые только начинают жить, которым надо семьи создавать, растить детей!..